Старец

Схимонах Макарий. История жизни.

Плен

Раз в числе пяти человек он сторожил пере­довую цепь и кружился в легких разъездах, как вдруг несколько вооруженных с ног до головы черкесов налетели и схватили их; отбиться не было возможности по превосходству противни­ков. Михаил достался в плен князю Морадину (около Анапы) и был им увлечен в горные его улусы, где вскоре потом выкупил его у князя зажиточный черкес Айтик Сумайский (Сумай - - селение) и навсегда усвоил его себе в виде раба.

 Можно себе представить, как был тяжел этот плен после раздольной жизни бед­ному русаку, но делать нечего: всякая надеж­да на свободу оставила его, и только мысль о побеге несколько успокаивала его сердце. Михаил решился во чтобы то ни стало убежать в горы.

Попытка удалась: он ушел, но случайно попался опять к горцам и испытал новый плен: его перепродали в Лаузы, и здесь-то начались

его страдания за веру. Михаила убеждали отречься от христианства, но он с твердостью вынес пытки и имел случай скрыться оттуда в дикие горы Анатолии130, где вскоре был схва­чен турками и в числе нескольких подобных ему невольников с трапезунтского базара пере­продан чурумскому паше с одним малорос­сиянином.

Последний скоро отрекся от Христа и признал Магомета за великого пророка, но Михаил оставался тверд как камень. Неволя и страдания закалили его в терпении, и, вынес­ши несколько пыток с удивительным велико­душием, он снова бежал от своего мучителя в то самое время, как сей последний завязал жаркую ссору со своим соседом - марсиван-ским пашою.

Но, как и прежде, Михаил впал в руки неверных и доставлен в Искилин к начальнику этого местечка. Здесь жизнь его была не отраднее минувшей: тяжелые работы изнуряли жалкого пленника, а постоянное усилие принудить его к принятию исламизма выводило из терпения, так что новая попытка бежать закрылась в страдальческую голову Михаила. Эта мысль еще более утвердилась, когда наперсник паши, мальчик, соскучивший­ся содомским удовлетворением сладострастно­му магометанину, объявил готовность делить горе и попытку побега с бедным Михаилом.

 Исторический контекст...

Вернуться к оглавлению письма...

Вернуться к оглавлению книги...