|
Масленица на Афоне
Тогда как в гробовой тишине, в умилительном безмятежии моей отшельнической келлии берусь я за перо, вероятно, у вас в мире мятеж и треволнение, рассеянность и смуты масляной седмицы. Конечно, так, потому что я и сам помню эти дни, самые даже неистовства языческих пиршеств и всеобщее почти сумасшествие от них в мире...
Какая ж поразительная разница, какой изумительный контраст мира и пустыни!.. В торжестве языческой масленицы, когда нужно бы готовиться к достойному вступлению в подвиг сорокадневного поста, мир решительно безумствует и теряет чувство долга и христианской скромности, а у нас между тем, в пустыне, тихо как в могиле и невозмутимо спокойствие сердца.
Посмотрите на нашу масленицу: она, в строгом значении слова, вступление в крестный подвиг поста! В понедельник, в среду и в пяток трапеза бывает у нас однажды, без всякого излишества в количестве: поклоны земные, и в церкви и дома, неотложны; одним словом - ничто не наводит мысли о масленице, а напротив того, во всем проявляется характер наступающего поста.
Служба, как и всегда, неизменима в своем порядке и времени; бдения длинны, по принятому обыкновению, и на сердце одна и та же мысль - загробного предназначения. Само собою разумеется, что при постоянстве одной этой мысли ничто мирское не займет нас, потому что, если строго и правильно смотреть на смерть, много надобно молитв для облегчения последних минут исчезающей в нас жизни; много надобно слез для того, чтоб усладить горечь смертную... Таково, мой возлюбленный, положение наше во дни сырной недели!
При памяти о тебе, особенно в это время, я невольно должен спросить тебя: какова твоя жизнь и как ты чувствуешь себя? При твоих добрых качествах и евангельской настроенности духа мне жаль тебя, брошенного в мире без опытного и сильного руководителя...
Особенно мне жаль и я боюсь за тебя, потому что ты окружен хладною толпою искателей временного наслаждения, что ты постоянно остаешься в виду всякого соблазна при твоей юности, при пылкости и поэтической нежности сердца: что с тобою может случиться?.. Кто тебя оттолкнет от той пропасти, над которою ты поставлен обстоятельствами твоей собственной жизни и взаимностью общения твоего с миром?
Конечно, никто, кроме Бога. Итак, молись Ему, и Он поддержит тебя в минуты твоей сердечном опасности. Не бойся плотской брани; ратуй против страстей и, как скоро позволят обстоятельства, беги в пустыню, потому что она невольно располагает нас к безмолвию и к очищению мысли от скверн плотских, потому что от многих греховных случаев мы далеки в пустыни.
Конечно, и здесь есть своего рода опасности и брани, и притом опаснее по своей глубокой таинствениости, чем брани плотские. Пустыня общежительная другое дело: там нападения на нас врага слабее и путь к совершенству духовному и короче и вернее, если только человек отдает себя в полное распоряжение и волю настоятеля и братии, без всяких со своей стороны условий и выбора послушаний.
(Афон. Каруля)
Иеросхим. Сергий Веснин. Письма святогорца.
1844 г., Афонская Гора. Русский монастырь
Вернуться к оглавлению письма...
Вернуться к оглавлению книги - Часть II...
Карта сайта |
