Заседание протата
Полное собрание членов протата в нынешнее время было по случаю возникших споров о земле между некоторыми из здешних монастырей; к этому присовокупились опросы и от нашего игумена касательно Г-ва. Около десяти часов утра нас позвали в протат. Вслед за моим старцем-игуменом я вступил туда; при самых дверях мы сбросили туфли и вступили в самое судилище Афона.
Сердце мое сильно билось и дыхание было тяжело, когда я очутился среди маститых членов протата; глаза мои пытливо перебежали по их выразительным лицам и желали бы проникнуть в самое их сердце... Мой старец-игумен занял свое место между членами, а меня вежливо пригласил сесть близ своей конторки протатский секретарь. Молча я занял указанное мне место.
Протат, или просто присутственная комната, чисто в азиатском вкусе. Стены и потолок грубо окрашены; ни одной картины, ни одного вида по стенам, только на восточной висит небольшая икона и среди потолка начертаны литеры ИС. ХС. С трех сторон близ самых стен расположены богатые диваны под красным сукном и разложены по ним цветные подушки; на полу развита циновка изящной работы, и среди комнаты поставлен огромный медный мангал (жаровник) с потухшими уже угольями-, некогда теплившими воздух протата.
Западная часть присутствия отделена легкою решеткою. В юго-западном углу комнаты, тоже за решеткою, письменный столик секретаря с выдвижными для бумаг ящиками. Секретарь - инок, родом влахи, по обыкновению деловых писак, в очках... Лишь только что я уселся при решетке, отделяющей от синода архив, тихий голос из-за нее спросил меня:
- Вы, верно, русский?
- Да, - - отвечал я, быстро обернувшись на ту сторону, с которой доходил до меня этот вопрос на родном моем языке.
- Какой же вы губернии? - снова спросил меня тот же голос.
Я обернулся, пристально поглядел на моего соседа, и сердце мое невольно прошептало: какой удивительной наружности старец!.. Действительно, вопрошавший меня имел длинную, широкую и седую бороду, в потухающих очах его просветливался ум, самое платье обличало в старце немаловажного чиновника в протате.
«Да почто ж он за решеткою?» - думал я. Однако ж, не любопытствуя, кто он и имеет ли какое значение в протате, я отрывисто отвечал на вопрос его:
- Я из Вятки, то есть далеко из-за Москвы. О-о! - воскликнул он, - далеко же! А я так, - продолжал он, - из Таганрога. А как давно вы здесь? - еще спросил меня мой сосед.
- Более трех лет, - отвечал я.
- Не так давно, - заметил он, - а я так около тридцати лет уже здесь.
Начавшееся чтение и опросы по нашему делу прервали мою беседу со старцем... Я отвернулся от соседа, и он замолчал, неподвижно оставаясь за решеткою в полулежачем положении, на богатом диване.
(Афон. Дионисиат)
Иеросхим. Сергий Веснин. Письма святогорца.
1844 г., Афонская Гора. Русский монастырь
Вернуться к оглавлению письма...
Вернуться к оглавлению книги - Часть II...
Карта сайта
| 
