«Налеты» (сфирокоптима – массированные удары) старца

Ну, наконец-то мы можем узнать, как старец Иосиф «воспитывал» свое братство! До этого на Афоне ходили легенды о его методах и суровости. Никто не знал точно, как он воспитывал послушников, все сходились лишь на том, что поистине старец не был мягким. Но что это значило и как это происхдило? А главное, какой был плод? – Теперь все понятно. Эта и следующая главки все ставят на свои места. «Налеты» (сфирокоптима – точнее бомбардировки, массированные удары) старца – это мудрое воспитание, а не самодурство. - исихазм.ру

Новоначальному Харалампию предстояло познать и прочие «утешения» монашеской жизни. Позднее он сам рассказывал:

«Итак, через восемь дней я отложил мирскую одежду и облекся в монашескую…

Не прошло и десяти дней, как нам нужно было идти на панигер в скит Святой Анны. Когда мы пришли на службу, и я услышал пение псалмов…, мне показалось, что монахи сошли с небес! Никогда я не слышал такого пения!

После возвращения, я сказал старцу:

- Отче, если я не научусь петь, то я все брошу, потому что без пения я не смогу стать истинным монахом! Я должен научиться петь! – говорю ему с убеждением.

- Я тебя научу петь. – говорит старец. - Не расстраивайся!

Так, я каждый день по четыре часа тянул четки, и потом читал псалмы и пытался петь. Прошел один месяц. Наконец, я прихожу к старцу и говорю:

- Геронда, мое сердце так зажглось от молитвы, что мне уже ничего не хочется: ни петь – ни что-либо другое…»

Харалампий без печали прожил рядом со старцем около месяца, для испытания. Наконец, старец начал с рассуждением применять  свои привычные (синифизмени)  испытания, я имею в виду, привычные (синифизмени) для старца неожиданные «налеты» (сфирокоптима – точнее бомбардировки, массированные удары).

И вот, старец начал называть Харалампия разными прозвищами. Например, он обычно говорил:

- Эй, ты! Иди-ка сюда!

Послушник Харалампий первое время взрывался внутри себя: «Что это такое – эй, ты?! Разве у меня нет имени?» Я работал в конторе с мирскими и там-то никогда не слышал, чтобы кто-то называл меня таким образом. Наоборот, все обращались ко мне вежливо: «Как дела, господин Галанопулос» или «Благодарю вас», «Пожалуйста». Здесь же я ни разу не слышал ни спасибо – ни пожалуйста… Что за люди здесь?! Чудаки, мягко говоря!

 К оглавлению книги: Ефрем Филофейский. "Мой старец Иосиф Исихаст и Пещерник"