Побег
Зная, что Господь преклоняется на милость молитвой, которая изменяет любые земные обстоятельства в одно мгновение, молодой монах не терял времени. Он стал горячо умолять Пренепорочную Деву помочь ему, удостоить и его такой чести – служить Ей в Ее собственном земном уделе!
– Пресвятая моя Госпоже, Богородице Дево! Ты, неизреченно родшая Сына Твоего, Спасителя всего мира, Господа нашего Иисуса Христа, Госпожа моя, вознеси мою молитву к Своему Сыну. Я молю, чтобы он спас мою сиротливую душу, как Он Сам знает, именно в Твоем уделе. Помоги мне, ведь Ты – Матерь Его, и все можешь…
Он провел не так много времени в горячей молитве, как в их монастырь снова пришел один монах со Святой Горы! Иосиф уже не мог сдерживаться от распалявшего его рачения к Богу. Он открылся брату и тайно убежал с этим монахом на Афон.
Но благословенный молодой монах не успел исполнить свой порыв к подвигу. Опытный игумен начал искать его, не смог найти и тотчас уразумел – что произошло… Он немедленно послал вдогонку двух монахов:
– Отправляйтесь по пути на Святую Гору, и там вы скоро настигнете беглеца. Возьмите его и верните! Скажите ему, что нет благословения…
И действительно, два брата быстро настигли Иосифа около одной деревни, называемой Кастанья, то есть Каштановка, и за послушание вернули в монастырь.
Допрос
Игумен встретил беглеца и стал допрашивать:
– Сынок, мы еле нашли тебя, но почему же ты убежал тайно? И куда ты собирался двигаться дальше?
– Отче, сердце мое горит и влечет меня на Святую Гору!
– Удивительно твое Боголюбивое желание. Это, поистине, благое произволение…
Но в то же время игумен огорчился, что потеряет такого монаха, и пошел на хитрость:
– Послушай, детка! Тебе сейчас не время идти на Афон. Тебя там все равно не примут! Мне рассказывали многие, что сейчас на Святой Горе не принимают молодых, а тем более, безбородых, как ты сейчас. Это запрещено уставами всех монастырей Святой Горы…
– Что же мне делать?!
– Знаешь что? Оставайся-ка здесь в монастыре и живи здесь, пока я жив, чтобы я имел тебя утешением в своей старости. А как только я умру – пойдешь на Афон! Вот тебе мое благословение!
Иосиф же, слушая это, не решился прекословить и ничего не отвечал, хотя и вынужден был остаться на послушании в монастыре. Молодой монах понял, что поторопился и ждал, когда его желание устроит Бог…
Кончина игумена и новые труды в монастыре
С этого времени он должен был трудиться на многих тяжелых монастырских послушаниях. Особенно тяжелым было послушание на жаровне, на трапезе, приготовление пищи для всего монастыря. Он должен был возить на мулах зерно на мельницу и привозить обратно муку. Так же, на животных, нужно было возить дрова в монастырь. И при всех этих трудах он никогда не пропускал Божественные службы, продолжая помогать в алтаре.
Прошло много времени. Наконец, Иосифу исполнилось двадцать лет. Неожиданно игумен заболел и в короткое время преставился ко Господу. Иосиф чувствовал себя сиротой и плакал безутешно. Прочие братья также были безмерно опечалены и скорбели о невосполнимой потере. Они лишились отца и игумена, который пробыл во главе монастыря сорок лет!
В скором времени новый игумен поставил Иосифа с некоторыми другими братьями на новое послушание – работать на монастырских полях. Так прошло еще три года. Затем молодой монах должен был с другими обрезать виноград.
Несмотря на тяжелую работу Иосиф не сокращал своих занятий молитвой и не оставлял службы. Бывало так, что когда братья обрезали виноград, Иосиф читал часы вслух для всех, чтобы не упустить ничего из положенного богослужения.
Однажды случилось так, что братья стали празднословить. Он не стал слушать, а потом и их остановил:
– Братья, никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим…
Причем, не только в слове, но и в еде он всегда соблюдал строгое воздержание. Часто он вообще не брал с собой ничего вареного. Он захватывал на поле только кусок хлеба, а если хлеб был черствым, то смачивал его водой и клал немного подсушиться на солнце. И таким образом Иосиф вкушал один хлеб, когда нужно, запивая водой. Во всяком случае, он обходился одним хлебом всю весну, а именно, то время, когда нужно было работать на полях. Так ему не нужно было готовить пищу, и много времени освобождалось для молитвы.
Афонские монахи Кавсокаливиты. Начало прошлого века.
Еф 4:29 – Братья, никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим…
|
