Тернистым путем к небу
Варнава (Беляев)
Житие старца Гавриила (Зырянова)
Часть IV
Старец иеросихм. Гавриил Зырянов
Старец Гавриил и Алеша Ворбьев
«Долго я ломал себя,
все не удавалось.
Ну, наконец сломил...»
Рясофор и монашеские интриги
Вскоре после этого его «приуказили» к Введенской Оптиной пустыни и облекли в рясофор. До сих пор, очевидно, он ходил лишь в подряснике, теперь принял вид уже настоящего монаха. Радости его, конечно, не было конца.
Но внешняя жизнь и от этого не стала лучше. Его все еще держали в черном теле. По-прежнему он жил в этой ужасной сырой башне, по-прежнему простужался и болел. Да как - один раз тифозной горячкой, а два раза по два месяца был слеп - ничего не видел.
Простота его, постоянное углубление внутрь себя и в свое сердце - он ведь, как я сказал уже, и раньше приобучал себя молитве Иисусовой - облегчали ему жизнь, он многого не видел и зрячими глазами. Он не видел, как один раз постригли 12 человек, а он остался в стороне. Он только радовался за них и умилялся.
Он не видел, как в другой раз постригли уже 20 человек в монашество, а он остался за бортом. А ведь он пламенно горел желанием получить мантию. Не видел Гавриил грубого обхода его и тогда, когда однажды сразу постригли 40 человек в монашество! Да при том один из постриженных этих был принят в монастырь в один день с ним!
Но все-таки это заставило его задуматься: что за причина его обхода?
Уж нет ли тут чего-нибудь намеренного, а не случайного? Ведь он знал наверное, что все им довольны, и игумен тоже; старцы даже просили игумена, чтобы он постриг его.
К оглавлению Часть IV Старец иеросихм. Гавриил Зырянов | 
