Первый урок
Прошло достаточно времени. Началась учеба. Однажды случилось так, что Илларион ненароком разбил кувшин, но старец на это как бы не обратил внимания. И другие оплошности духовник как бы не видел.
Молодой монах наблюдал за Старцем и заметил, что за все время духовник ни разу не отругал его и даже не упрекнул. Тогда он приступил к Старцу в недоумении:
– Батюшка мой! Я пришел для того, чтобы ты меня порицал и исправлял. И вот, я наблюдаю за тобой, – ты мне даже ничего не возражаешь… И даже когда я разбил кувшин, ты ничего не сказал! Это меня удивляет, потому что в книгах написано иначе. Например, я читаю в «Лествице» святого Иоанна Синайского, главу «О послушании», где говорится: «…тот, кто ведет себя дерзко и не получает обличений каждый день, надо полагать, потерял великую мзду для души своей…».
Старец же некоторое время не отвечал ему... А потом сказал:
– Детка! Неужели мы будем такими телесными и тленными вещами смущать нашу бессмертную душу?! Пойми, по книгам жить невозможно. В книгах – схематичное описание. А жизнь не укладывается в схемы.
Вот, например… Можно тебе задать один вопрос?
– Благословите.
– В то время когда ты жил в монастыре и имел послушание работать с быками, разве ты не наказывал иной раз быков?
– Да, Батюшка, обучал и наказывал.
– Хорошо… Когда вы пахали, то вам было так же легко управляться с молодыми бычками, как и со старыми быками, приученными к ярму?
– Нет, конечно, – отвечает Илларион. – Управлять молодыми удавалось с большим трудом и с помощью различных хитростей. Нам приходилось быть добрыми и ласковыми с ними. Мы не могли, не опасаясь за свою жизнь, их хлестать и колоть так же легко, как старых, приученных к наказанию быков. Но все же мало-помалу лаской удавалось и молодых приучить к ярму. И так понемногу мы делали послушными даже молодых!
– Итак, – обрывает его Старец, – вот и я хочу таким же образом, как в этом примере, приучить своего ученика. Поэтому, детка, не спеши. У нас еще есть достаточно времени…
Слыша такие слова, смышленый ученик только дивился мудрому примеру Старца и радовался, что имеет столь удивительного наставника. После этого он уже больше не искал у духовника объяснений его действий. Наоборот, он все внимание обратил на себя, чтобы всегда быть готовым вынести и претерпеть без возмущения все то, что потребуется сделать для отсечения своей воли.
Постриг в великую схиму с именем Иерофей
Духовник же тем временем внимательно наблюдал за молодым монахом. Он видел совершенное самоотречение Иллариона, насколько тот избегал житейских попечений. Не укрылась и его стойкость в послушании, его покорность , ненависть к миру, совершенное умерщвление и отсечение своей воли. Наконец, стало очевидным полное отречение послушника от самого себя. Он предал себя духовному отцу с такой покорностью, как овча, ведомая на заклание. Было ясно – повели ему духовник броситься в море, и он с готовностью сделает это!
Все эти качества соответствовали великой схиме, поэтому Старец 16 декабря постриг его в великую схиму с именем Иерофей. Молодой монах приобрел новое духовное оружие. Я даже не побоюсь сказать, он облекся во всеоружие Святого Духа. Он чувствовал, как душа возгорелась новой ревностью и готовностью к самопожертвованию!
И тогда он начал непрерывный бой с тремя началами всех зол: диаволом, миром и плотью. Я имею в виду, он восстал против любого проявления страсти или плохого помысла. Теперь он уже имел такую великую решимость, что смог начать подражать своему духовнику и учителю во всех тех подвигах, которые тот совершал ради Христа.
Прежде всего, я хочу сказать о посте. Они держали строгий пост три дня в неделю: понедельник, среда, пятница. А Великим постом они принимали пищу лишь раз в день вечером. В праздники же и прочие дни года они строго воздерживались. Впрочем, в субботу и воскресенье разрешалось немного сыра и оливково масла, а в вторник и четверг – оливки и немного рыбы.
На все Господские и Богородичные праздники у них было полное бдение. Ежедневное же бдение их было таким. Спали они около пяти часов, затем вставали и совершали сто поклонов и 14 четок. После чего читали последование службы и прочитывали часть Четвероевангелия. Кроме того, Иерофей подражал Старцу тем, что не мылся, носил рясу из грубой ткани, состоящую фактически из одних заплат, и такие же старые заплатанные башмаки.
Обучение молитве
От Старца не укрылась решимость Иерофея и мужественное терпение всего приходящего. Старец прославлял Бога! Наконец, он начал обучать молодого монаха молитве.
– Теперь ты должен научиться непрестанной молитве. Эта молитва должна стать реакцией твоего сердца на все воздействия извне… Что бы ты ни делал – работаешь ли, кушаешь ли, читаешь, отдыхаешь – всегда повторяй в уме: «Господи Иисусе Христе, молитвами Богородицы, помилуй мя».
Иерофей же, желая привлечь и молитвы старца, решил так:
– Буду говорить еще полнее молитву, чтобы вместить в нее все свои чувства: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитвами Богородицы и молитвами святого отца моего, помилуй мя грешного»…
Началось новое делание – непрерывное внимательное усилие в молитве.
|
